Английский язык.ru

                





Слышали новость? На инглише уже не поспишь!

– Гуд монинг, чилдрен. Сит даун. Ху из он дьюти тудэй?

До скончания живота моего не забыть мне этих чеканных формулировок. Ху из эбсэнт? Иванов из эбсэнт. А чой-то он эбсэнт? Иванов из илл. Ни за что в жизни не поверю, что Иванов из илл!

Забудьте это, как страшный сон. Как топик «Шесть орденов на знамени комсомола». Потому что иностранному языку так сейчас не учат. Выйдите и зайдите еще раз – как следует.

– Гуд монинг, комрадз. Тудей ви шелл спик эбаут шопинг, у нас тема «Покупки». Райт даун зэ вордс, плиз, словарики все открыли быстро. Я на каждом уроке говорю завести отдельную тетрадь под словарик. На листочке пишите. Кэшдэск – касса. Департмент стор – универмаг. Бутчерз – мясная лавка. Иванов, рид зэ текст, текст читайте, Иванов. Я учебник забыл. Сэй ит ин инглиш, Иванов. Ай донт ноу. Когда же звонок, наконец.

Забудьте. И так сейчас иностранному языку тоже не учат. Давайте снова выйдем и зайдем как надо.

Тут, наконец, начинается текст на чистом английском: здравствуйте, мол, господа, новость слышали? Какую новость, интересуются господа, потихоньку просыпаясь. Как же, у нас старый магазин закрылся, теперь будет магазин самообслуживания – так потихоньку начинается тема «шопинг». Впрочем, и темы как таковой нет, есть повод для разговора, потому что кто и когда начинает разговор с определения темы? Привет, Машка, давай поговорим на тему «составление планов на завтра». Хорошо, только дай мне, пожалуйста, список лексических единиц. Вы так говорите? Да никто не говорит. Так почему же это должны делать преподаватели?

Сейчас все меньше преподавателей изводит своих учеников требованием все слова записать в словарик в три колонки, а диалог выучить наизусть. Потому что к началу двадцать первого века в России, наконец, стали понимать, для чего нужен иностранный язык и как его преподавать.

Цель определяет средства

Смена метода определяется сменой цели: иностранный язык всегда учили потому, что его надо сдавать, а теперь потому, что его просто надо. Смена метода произошла отнюдь не везде, и собирательный образ злой англичанки, педантичной немки или снобки-француженки никуда не делся и продолжает украшать школы и кафедры по всей стране, а топики как учили наизусть, так и учат. Но сдвиг в мозгах все-таки произошел, языковые школы множатся, поэтому кто ищет, тот всегда найдет подходящий метод и нормального преподавателя.

Язык взрослому человеку нужен потому, что а) он ездит по миру и хочет уметь хотя бы ключ у портье попросить; б) ему надо общаться с иностранцами по работе; в) его детей изводят училки, и дети бегут к нему за помощью; г) он еще и читать хочет на языке. Времени у него мало, а язык нужен немедленно. Этими потребностями и обусловлены методы работы передовых языковых школ.

Есть, конечно, исключения из общих правил. Например, существуют методы, которые занимаются не разговорным языком, а исключительно абстракциями. Абстракции (в данном случае все, что связано с внутренним устройством языка) нужны лингвистам и желающим быстро обучиться чтению на языке. Язык представлен как система, набор единиц и функций, связывающих эти единицы; аналитик исследует элементы системы, делает выводы о том, как она работает, – и дальше, вооружившись словарем, может разбирать письмена. Метод очень годился для обучения советских научных сотрудников, есть у него свои приверженцы и сегодня; он пригодится тем, кто искренне хочет понять, для чего нужны три прошедших времени. Устройство английского языка, в особенности его системы времен, подробно рассматривает, например, метод Милашевича. Если вас не волнует произношение, а есть желание научиться разбирать и собирать языковой конструктор для чтения или для общей эрудиции – вам сюда.

Общительный подход

Но самые популярные нынче методики – коммуникативные и интенсивные, то есть предназначенные для обучения общению в короткие сроки, причем под этими терминами может скрываться что угодно. «Интенсив» часто обозначает просто очень плотный график занятий. Обычно занятия иностранным языком происходят три раза в неделю, по одному-два академических часа. Что сверх того – уже может называться интенсивом. Но интенсив – это не только много часов. Занятия и строиться должны особым образом: большие объемы информации даются в стремительном темпе, много приходится работать самому, делать большие домашние задания.

Коммуникативные методики роднит одно: они отказываются от традиционной словарно-грамматической долбежки и стараются помочь студенту сразу начать пользоваться языком, даже если знает он самый минимум. Общение не отстает от уровня овладения языком, как это было с советскими студентами-филологами, которые знали тысячи слов и все правила складывания их в предложения, но при встрече с живым иностранцем столбенели и стеснялись открыть рот.

Многие считают, что коммуникативные методики зародились на Западе. Другие сразу вспомнят отечественных флагманов. Например, Игоря Шехтера, которому еще тридцать лет назад пришла в голову крамольная мысль: язык нужен человеку для того, чтобы выражать свои мысли и эмоции, а не повторять вызубренное. Шехтер назвал свой метод «эмоционально-смысловым» – это значит, что обучаемый не будет попугайски воспроизводить предложенные конструкции, а будет жить в предложенных обстоятельствах, выражать собственные мысли и эмоции, пользуясь при этом языковыми средствами, которыми его снабдил преподаватель.

Эмоционально-смысловой метод на первых порах даже не предполагает домашних заданий. Есть этюды – жизненные ситуации, в которых надо что-то говорить, действовать по своему выбору и усмотрению. А грамматика появляется на втором этапе, когда уже пора структурировать изученное, нормировать речь. На третьем этапе условия устного общения усложняются: здесь учатся опровергать оппонента в дискуссии и анализировать прочитанное.

Другие сразу вспомнят Галину Китайгородскую, с чьей легкой руки во множестве университетов и инязов страны возникли загадочные группы, которые не сидели за скучными партами в затылок, а рассаживались в уютных креслах кружком, что-то слушали, говорили, пели, разыгрывали сценки.

Метод Китайгородской называется «Активизацией резервных возможностей личности и коллектива». Главный смысл его в том, что напряжение, поддерживаемое преподавателем на занятии, пробуждает в студенте скрытые силы, доброжелательный психологический климат снимает страх, помогает преодолеть языковой барьер. Общение происходит в игре, студенты много актерствуют, группа просто общается. Между прочим, на языке.

Но кто бы первым ни изобрел велосипед, теперь на нем ездят все, во всем мире. Иной преподаватель и постарается придумать что-то новое – но получается разновидность того же велосипеда, коммуникативного подхода, communicative approach, и ничего более рационального и эффективного в преподавании языка человечество пока не придумало.

В каждом из основанных на общении методов грамматике отводится свое место, и здесь, например, метод Шехтера, считающего, что грамматику на первых порах давать не надо, не сходится с методом Китайгородской, полагающей, что человек должен осознавать, почему он употребляет именно такую конструкцию. Главное вот в чем: грамматикой не злоупотребляют, она дается небольшими дозами и тут же закрепляется на практике.

Кстати, и тема урока обязана быть приближена к жизни, это вам не «Лондон, город контрастов», от которого кидает в сон, нет, это Лондон, в котором вы были, в который поедете, о котором вам есть что сказать и есть потребность говорить. Обязательный компонент коммуникативной методики – игры, в том числе ролевые, специально подстроенные упражнения, провоцирующие использование новых слов.

Пишите, Шура, пишите

Вот наш препод в первой главе, объявив тему «шопинг», предъявляет список магазинов: мясной, рыбный, аптека... Пишите-пишите, у нас еще сорок лексических единиц. Преподаватель, ориентированный на общение, сорок единиц сразу вбрасывать не будет. Он, конечно, обременит вас вокабуляром – но ненавязчиво, всего лишь интересуясь, мимо каких магазинов вы ходите каждый день, куда постоянно заглядываете, куда реже, где предпочитаете покупать продукты и одежду...

При традиционном подходе вы к своим сорока единицам получите наказ выучить их к завтрашнему словарному диктанту – и углубитесь в текст «Люси делает покупки», поминутно залезая в словарь. При коммуникативном подходе вы будете продавать, покупать, искать нужный товар, взвешивать бананы, расплачиваться кредитной карточкой, получать скидку – словом, жить нормальной жизнью современного человека, который постоянно что-то покупает, в том числе и пользуясь при этом иностранным языком.

Хотя развитие разговорной речи при таком подходе получает преимущество, остальными навыками никто пренебрегать не собирается: ведь для того, чтобы эффективно общаться, вы обязаны понимать речь на слух, читать, писать. Но читать обучаемые будут не занудный текст про неизвестную Люси, которую злая авторская воля гонит по сорока отделам крупного универмага. Обучаемым предъявят рекламные объявления и листовки, предложения небывалых скидок, тексты кулинарных рецептов, на основе которых вы должны составить список покупок... – словом, все то, что придется читать в реальной жизни, собираясь в магазин в стране изучаемого языка.

И еще – большинство школ сейчас широко пользуются аудио-, видео- и мультимедийными обучалками, что, конечно, дает больше свободы действий, разнообразит ситуации общения – и сводит на нет классическую школьную скуку.

Носитель и перевод

Может ли учитель иностранного языка говорить в классе по-русски? А если да, то до какой степени? Немало методических копий сломано, универсального ответа все равно нет. Самый приближенный к универсальному ответ выглядит так: на начальных порах без родного языка не обойтись, но постепенно его количество должно снижаться и, наконец, сходить на нет где-то на среднем уровне владения языком, вот тогда-то и будет максимум пользы от работы с преподавателем – носителем языка. Родной язык полезен в двух случаях: для объяснения грамматики и для перевода абстрактных понятий: если слово «кошка» на русский можно не переводить, достаточно мяукнуть или нарисовать на доске зверя, то с глаголами-связками или абстрактными понятиями (например, «жизнь» или «неуверенность») обычно приходится помудрить: пантомимы и рисунки не помогают, объяснения занимают много времени и тянут за собой все новые неизвестные слова... иногда учитель-иностранец просто велит заглянуть в словарь.

Использует преподаватель родной язык или нет – это не основание для однозначной оценки. Вот в Британском Совете все уроки происходят только на английском; некоторые преподаватели знают русский, но методика не предполагает его использования – тем не менее, довольно скоро студенты привыкают к отсутствию русского на уроках.

Другой повод для ломки копий – кто лучше, носитель языка или отечественный методист. Товарищи! Лучше всего методист, владеющий языком, который он преподает, и имеющий представление о языке тех, кого он учит, чтобы понимать их специфические трудности. Такие люди, неважно, русские они или нет, обычно имеются в распоряжении хороших языковых школ. Даже преподаватели, которые никогда не были за границей, которые говорят на языке с русским акцентом и не знают сленга, за счет таланта, энтузиазма и любви к своему делу могут дать сто очков форы иному носителю языка. Это особенно справедливо, если носитель языка приехал в Россию и взялся преподавать родной язык по воле случая.

Зачем язык

Мы люди занятые, нам некогда учить язык просто для того, чтобы учить язык. Мы готовы платить за то, чтобы срочно получить именно то, что нужно, и на всякий спрос найдется предложение. Один из лидеров спроса – подготовка к экзаменам. Множество языковых школ готовит к экзаменам TOEFL или IELTS – большинство старается воспроизвести не только задания, но и условия экзамена. В упомянутом Британском Совете готовят и к сдаче экзаменов на Кембриджский сертификат. В России можно учиться и сдавать экзамены по немецкому (DSH-prufung, принимает Гете-институт); французскому (DELF/DALF, Французский культурный центр), испанскому (DELE, Институт Сервантеса) и другим языкам, о чем желающие могут узнать в соответствующих посольствах.

Другое популярное направление – язык для желающих эмигрировать. Их не только учат общаться в новой реальности, с которой они скоро встретятся (а в новой реальности, как убеждается любой эмигрант, все делается как-то не так), – им помогают подготовиться к интервью в посольстве, пройти через бумажные преграды.

Не уступает в популярности эмигрантскому иностранному – а скорее, даже превосходит его в востребованности, – иностранный деловой. Курсы обучают всех желающих основам бизнес-иностранного, учат писать любезные письма и говорить по телефону (а каждый, кто хоть раз говорил по телефону на недовыученном иностранном языке, знает, насколько это упражнение мучительно), проводить презентации и круглые столы, общаться с партнерами – и при этом работают с корпоративными клиентами, приезжают в офисы, занимаются индивидуально. Деловой иностранный язык может быть самый разный и любопытный – иногда его даже преподают не в языковых, а в профессиональных школах (например, «английский для флористов»).

Еще одно важное направление – иностранный язык для путешественников. Например, в школе «Биг Бэн» курс английского для туристов предполагает репетицию любой ситуации, в которую наш человек может попасть за границей – а попадать в них он начинает еще в самолете, желая срочно попросить у иностранной стюардессы еще стакан сока или узнать, «где мы сейчас летим». По всем этим ситуациям путешественника ведет, как Вергилий вел Данте, преподаватель. Бронирование билетов, такси, экскурсии, гостиница, аэропорт, счастливое возвращение домой и демонстрация фотографий.

Некоторые предпочитают совершать свои путешествия в виртуальном пространстве – и уже там начинают чувствовать, как остро им не хватает языка. Если им не стало его не хватать еще раньше – когда компьютер стал выдавать совершенно непонятные сообщения на английском. Именно таким жителям Сети и просто юзерам языковые школы предлагают свои курсы компьютерного английского: общение в интернете, терминология и так далее. Важная часть курса – обучение аббревиатурам, сокращениям, свернутым конструкциям, без чего не обойтись в чатах и конференциях: то и дело вылезает чье-нибудь жалобное виртуальное личико с вопросом: «Простите мою тупость, а что такое IMHO?». После курсов вопрос уже будет казаться действительно тупым, in my humble opinion, как я скромно предполагаю. Может быть, вы даже решите для себя основной вопрос начинающего интернетчика: поддерживает ли ваш браузер кукиз.

Почему они такие?

Зоя Воскресенская писала про Крупскую, как та, выучив английский по учебникам, приехала в Лондон, но аборигены ее не поняли. Она произносила все по буквам: «до йоу спеак енглисх». Сейчас россиянину это не грозит, – но за границей подстерегают другие неожиданности и сюрпризы. Иногда и хорошо владеющий языком человек вдруг обнаруживает, что его не понимают – просто потому, что его учили, что овощи по-испански «легумбрес», а здесь их называют «бехеталес», или слово «сова» (по-английски «аул») он произносит как «оул» («шило»). Первая заграница устраивает полноценный культурный шок... Избежать шока можно, и этому учат.

Многие языковые школы проводят тренинги общения с носителями не только языка, но и определенного мировоззрения, культуры, разбирая случаи и примеры, которые важны с точки зрения общения. Есть и специальные культурологические семинары: например, понимать американцев учат в «Американской Академии». На ее летних курсах можно узнать, почему граждане сверхдержавы именно так себя ведут, каким сленгом пользуются; пройти курс американской литературы или кино.

Незаменимый опыт общения с иностранцами дает жизнь бок о бок – с совместными завтраками, дискотеками, приключениями. Для этого не обязательно ехать далеко за границу (в том числе и за границу своих финансовых возможностей). Языковые лагеря существуют и в России, принимая и наших, и иностранцев. Лагеря, конечно, удовольствие молодежное. Но и взрослые солидные люди могут подзубрить язык, не жертвуя отпуском и летним временем: можно устроить выезд с отдыхом и обучением – в подмосковных пансионатах, на курортах. Но и для тех, кто совсем не может покинуть столицу, кое-что найдется: «Лэнгвич Линк», например, устраивает «Разговорный интенсив» – две недели занятий с преподавателями из Великобритании, США и Канады. И не только в лагерях, но и в городе.

А как учат русскому?

Русский, между прочим, тоже может быть иностранным языком. И для его преподавания существуют разнообразные методики, причем в последнее время – угадайте, какому подходу отдается предпочтение? (Отгадка: коммуникативному). Так же, как россиянин может на свои кровные поехать за границу и подтянуть свой инглиш в каком-нибудь Борнмуте, так и всякий иностранец может за свои баксы, фунты или евро получить в России те же тридцать три удовольствия, плюс окружающая экзотика.

Иностранцев учат говорить по-русски в повседневной жизни – она тут же проверяет и контролирует приобретенные навыки. На курсах русского языка в Российском университете дружбы народов преподаватели ведут уроки на родном языке обучаемых, но постепенно сводят его использование к минимуму; кстати, грамматические правила преподаватель не объясняет: студенты сами выводят их в процессе работы над речевыми образцами. Разумеется, иностранцам помогают углубиться в дебри нашего родного языка компьютерные программы и видеокурсы. Разработаны для русского и экзамены вроде Кембриджского, дающие сертификаты разного уровня.

Где учат на японца

Сейчас в крупных городах России можно найти и выучить практически любой из популярных языков: есть курсы, есть клубы, куда люди, хорошо владеющие иностранным языком, приходят раз в неделю, чтобы поддерживать в рабочем состоянии то, что выучено.

Клубы, кстати, заводят у себя и языковые школы – чтобы студенты практиковались в общении под руководством преподавателя (в Москве они есть, например, в школе Шехтера, у «Лэнгвич Линк» и других). Иногда такие клубы действительно превращаются в неразлучные компании.

У столичных жителей есть и такая языковая возможность, как курсы и культурные центры при посольствах – там можно найти компанию для общения, смотреть фильмы на языке, посещать выставки. При многих посольствах работают школы для своих детей, и туда берут (иногда даже бесплатно) россиян. Есть совместные школы, созданные при поддержке посольств – итальянская, норвежская и так далее; они дают не только знание языка, но и двойной аттестат (о них мы расскажем в одном из наших летних номеров). Маленькие россияне учатся даже в арабской школе при посольстве Саудовской Аравии – носят традиционную одежду, овладевают непривычным письмом справа налево... Кстати, азбука для малышей напоминает русскую, с картинками и слогами. Правда, в школе непривычно тихо, во время уроков нельзя разговаривать даже в коридоре.

Лучшая оценка преподавательского труда – это когда урок кончился, а студенты никак не расходятся: уже стоя что-то договаривают, обмениваются телефонами, обещаниями – и все это на английском, на немецком, на французском, на польском или иврите... Общаются легко и с удовольствием – а ведь ради этого все и затевалось.


Ирина Лукьянова
По материалам журнала "Иностранец", 2002г.



     Поиск по сайту
       
.
     Подписка на новости
       
      Рассылки Subscribe.Ru

<< Назад  Обсудить статью на форуме >>          
 

Ссылки по теме...



TopList



Обучение за рубежом



Ваши предложения
©1998-2014 Английский язык.ru